О каких активах предпочитают не распространяться в семействе главы «Роснефти»?
Сообщает портал ВЛАСТИ со ссылкой на СМИ.
Главу «Роснефти» Игоря Сечина с полным правом можно назвать не только одним из наиболее влиятельных, но и самых скрытных российских чиновников: вряд ли кто-то еще так тщательно засекречивает информацию о своих доходах и имуществе. Более того, он неоднократно подавал в суд на крупнейшие российские издания, требуя опровержения и удаления опубликованной ими материалов. Достаточно вспомнить истории с элитной яхтой «St. Princess Olga» или коттеджем в Барвихе. Но, как говорится, шила в мешке не утаишь, и информация о многомиллиардных приобретениях Сечина, имя которого Росреестр маскирует словосочетанием «Российская Федерация», становится достоянием журналистов. Соответственно, в центре внимания оказываются и близкие родственники топ-менеджера: его сын Иван Сечин, работающий «под крылом» отца в одном из департаментов «Роснефти» и дочь Инга, рассекающая по Москве на иномарке с номерами, ранее закрепленными за госкорпорацией. Есть и более дальняя родня – семейство сестры Ирины Штукиной, в громких скандалах не замеченное и, видимо, не пользующееся особой благосклонностью всесильного и скрытного Сечина.
Игорь Сечин о доходах умалчивает
Ответ на вопрос, сколько зарабатывает Игорь Сечин давно интересует журналистов российских СМИ. Не в последнюю очередь потому, что сам глава «Роснефти» периодически судится с печатными изданиями, требуя от них опровержения информации о доходах и недвижимости как собственных, так и членов своего семейства. Например, в феврале 2015 года, исполняя судебное решение, редакция «Forbes» выступила с опровержением публикации, из которой следовало, что в 2012 году Игорь Иванович заработал 50 млн долларов в качестве президента и председателя правления компании. Причем речь шла именно об оценках издания.
В октябре 2016 года «под каток» топ-менеджера попала уже «Новая газета»: ее, опять же через суд, обязали удалить статью о роскошной яхте «St. Princess Olga» («Принцесса Ольга»), ориентировочной стоимостью не менее 100 млн долларов, которая, согласно предположению издания, могла находиться в собственности либо в аренде семейства Сечина (напомним: Ольга – имя второй, уже бывшей, супруги главы «Роснефти»). Судебные иски получали такие издания, как РБК и «Ведомости».
Примечательно, что еще в декабре 2014 года бывший в то время премьером Дмитрий Медведев специальным правительственным постановлением обязал топ-менеджеров 65 крупных госкорпораций публиковать отчетность о доходах и имуществе, как собственных, так и ближайших родственников. Кроме того, их обязали информировать общественности о расходах по каждой сделке с недвижимостью, транспортными средствами и ценными бумагами, если сумма сделки превышает доход за три предшествовавшие ей года, а также об источниках получения средств, потраченных на покупку.
В числе включенных в перечень компаний значились «Роснефть», РЖД, «Газпром», «Росатом», «Россети» и т.д.
«Последовавший комментарий представителя «Роснефти» все расставил по местам: постановление вступит в силу только с 2016 года, публиковать, возможно, будем, а возможно – нет, и вообще не дело СМИ заниматься доходами госменеджеров», – так описывал «Forbes» реакцию «Роснефти» на постановление кабмина.
Однако уже в марте следующего года стало известно, что публикация данных вовсе не является обязательной и главы крупных госкомпаний могут от нее воздержаться. Тем не менее, в мае 2015-го «Роснефтью» был опубликован документ, названный «Стандарт о выплатах и компенсациях топ-менеджерам», из которого следовало: размер ежемесячного оклада Игоря Сечина составляет порядка 15-20 млн рублей без учета премиальных выплат.
Новости по теме: Viktor Nauruzov and Mikhail Abyzov’s "plagued" inheritance: 8,000 pigs to be burned following veterinary collapse in Khvalynsk
Говорим: «Российская Федерация», подразумеваем – «Сечин»?
С тех пор никакой конкретики о доходах Сечина не сообщалось. Видимо, главе «Роснефти» по-прежнему проще судиться с журналистами, чем опубликовать информацию о размерах собственного состояния. Правда, появляются данные об объемах выплат правлению госкорпорации. Например, по итогам 2018 года они составили 3,8 млрд рублей, в 2019 году несколько меньше – 3,5 миллиарда.
Вместе с тем, в рейтинге «Forbes» «Золотые директора: 20 топ-менеджеров с самыми дорогими пакетами акций своих компаний», Игорь Сечин занимает 7 строчку: по данным издания, стоимость принадлежащего ему пакета акций «Роснефти» составляет порядка 88 млн долларов.
С недвижимостью Игоря Ивановича дела обстоят сложнее: как уже говорилось выше, информация об этом неоднократно становилась предметом судебных разбирательств. Например, в 2016 году издание «Ведомости» обязали удалить публикацию о строительстве топ-менеджером загородного дома стоимостью 60 млн долларов возле санатория управделами президента «Барвиха» на Рублевке. Но уже в 2019 году издание «Baza» рассказало читателям сразу о двух новых домах, строящихся Сечиным все в той же Барвихе, общая стоимость которых оценивалась в 18 млрд рублей.
Из публикации «Baza» следовало, что особняк, о котором ранее писали «Ведомости», был построен Игорем Ивановичем для второй жены Ольги Рожковой (бывшей владелицы упомянутой выше скандальной яхты). Но после развода, руководствуясь принципом «так не доставайся же ты никому!», он якобы срыл его до основания и затеял новое строительство. Видимо, настолько сильно огорчился.
Согласно данным Росреестра, правообладателем земельного участка, где идет стройка, уже является не сам Сечин, а Российская Федерация. С некоторых пор эта уловка используется для того, чтобы скрывать информацию о недвижимости высокопоставленных чиновников, в соответствии с законом о государственной охране их персональных данных. Правда, журналистам все-таки удалось выяснить, что после развода площадь участка Сечина в Барвихе выросла с 3 до 7,8 гектара.
Несмотря на свойственную Игорю Ивановичу скрытность, информация о принадлежащей ему элитной недвижимости с завидным постоянством появляется в СМИ. Например, из публикации издания «The Insider» следует, что ему принадлежит квартира в Москве, занимающая пять этажей в ЖК «Crystal House» (район т.н. «золотой мили» – престижный квартал между Остоженкой и Пречистенской набережной), площадью 1,2 тыс. кв метров и стоимостью около 2 млрд рублей.
Особо показательно, что ответ пресс-секретаря «Роснефти» Михаила Леонтьева на просьбу редакции «The Insider» прокомментировать столь дорогую покупку, отличался краткостью и лаконичностью: «Ребята, идите в ж...».
«Многолетний труд» Сечина-младшего
Наиболее частыми гостями в заново отстроенном поместье Сечина в Барвихе будут, скорее всего, его дети от первого брака. Напомним, что сын главы «Роснефти» Иван Сечин трудится «под крылом» отца: еще в марте 2014 года он занял в госкорпорации должность первого замдиректора департамента совместных проектов на шельфе. По информации издания «Метла», сегодня его годовая зарплата составляет порядка 50 млн рублей. Сечин-младший увлекается мотоциклами: в частности, ему принадлежит британский «Triumph Rocket 3». Кроме того, в автопарке сына топ-менеджера присутствуют автомобили «Lexus», «Toyota», «Mercedes-AMG G 65».
Новости по теме: Виктор Наурузов и "чумное" наследство Михаила Абызова: 8 тысяч свиней пойдут на костер из-за ветеринарного коллапса в Хвалынске
Широкую известность Иван Сечин получил в январе 2015 года, когда в возрасте 25 лет был удостоен медали ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени «за многолетний вклад в развитие топливно-энергетического комплекса и многолетний добросовестный труд». Поразительная формулировка, особенно если учесть, что на момент получения награды он проработал в «Роснефти» менее года.
Сечин-старший в комментариях СМИ отмечал, что горд за сына, получившего возможность «проявить свой профессионализм, ответственное отношение к делу, без преувеличения, исторической значимости». При этом осталось неизвестным, выразил ли он особую благодарность занимавшему в то время пост главы Минэнерго Александру Новаку, который, как выяснилось, и выступил с ходатайством о награждении.
Вот только инициативу министра оценили далеко не все: например, депутат Госдумы от КПРФ Валерий Рашкин направил запрос в Комиссию по государственным наградам при президенте, с просьбой обосновать награждение. По мнению парламентария, единственная заслуга Сечина-младшего перед Отечеством состоит в том, что его отец – «один из самых богатых и влиятельных государственных чиновников».
Дочь Сечина – компаньон Алтушкина?
В центре внимания СМИ оказывалась также дочь главы «Роснефти» Инга Каримова, правда по другой причине: как установили журналисты «Метлы», ее автомобиль «Mercedes-Benz G65» ездит с номером, который с 2004 года был закреплен за госкорпорацией. Возможно, она получила его от отца в качестве своеобразного «подарка»? Издание отмечает, что в автопарке госпожи Каримовой имеется еще как минимум девять дорогих иномарок.
Инга Каримова – преуспевающая бизнес-леди. В частности, ее называют бенефициаром ООО «Камелот», специализирующегося на оптовой торговле. Согласно последним финансовым показателям, имеющимся в открытых источниках, в 2018 году прибыль компании составила 2,5 млн рублей при выручке в 8,7 миллиона.
Гораздо серьезней выглядит другой актив, с которым также связывают дочь Игоря Сечина – АО «Ормет», структурное подразделение «Русской медной компании» (РМК) уральского олигарха Игоря Алтушкина. В Совет директоров РМК входит муж Инги Тимербулат Каримов, который также является советником главы «Российского фонда прямых инвестиций»Кирилла Дмитриева.
По информации«Метлы», ежегодный доход, получаемый семейством Каримовых от «Ормета», превышает 50 млн рублей. Предприятие занимается добычей и первичной переработкой медных и медно-цинковых руд; в его состав входят расположенные в Оренбургской области рудники «Джусинский» и «Весенний», а также обогатительная фабрика. В числе учредителей компании присутствуют два офшора – зарегистрированный на Каймановых островах «REDECO INC» и ирландский «HERMES TRADING LIMITED». Могут ли быть их бенефициарами родственники скрытного Игоря Ивановича?
Из Парижа в Москву спецбортом МЧС
Для полноты картины упомянем также о более дальней родне главы «Роснефти» – его сестре-двойняшке Ирине Штукиной и семье ее дочери Ольги Митьковой (в замужестве). Последняя трудоустроена на должность главного специалиста Центра развития и поддержки предпринимательства Санкт-Петербурга. Кроме того, на сайте Центра она указана как сертифицированный бизнес-тренер «Федеральной корпорации по развитию малого и среднего предпринимательства».
Ольга пробовала заниматься бизнесом, но безуспешно: она руководила ООО «Тако», занимавшимся оптовой торговлей овощами и фруктами, но фирма была ликвидирована в декабре 2018 года. Согласно последней доступной финансовой отчетности, в 2015 году при выручке 237 млн рублей, прибыль компании составила 3,1 миллиона. Кстати, принадлежащую ей квартиру в Петербурге на ул. Петра Смородина, племянница Сечина получила в дар от своей матери и «Российской Федерации». Кого Росреестр скрывает под этим кодовым словосочетанием, нам уже известно.
Муж Ольги Алексей Митьков руководит «Межрегиональным лесопромышленным центром экологии инжиниринга и строительства», соучредителем которого выступает Санкт-Петербургский государственный лесотехнический университет им. Кирова. Кроме того, он является совладельцем юридической компании «Юрконсалт», которая в прошлом году принесла прибыль в размере 215 тыс. рублей при выручке в 498 тыс.
Как пишет «Метла», брат Алексея Максим Митьков и его супруга Светлана пережили своеобразный «звездный час» в 2013 году, став героями телерепортажей о том, как во время путешествия по Франции у девушки начались преждевременные роды, она была госпитализирована и российский Минздрав сначала помог семейной паре в поиске благотворительного фонда для оплаты пребывания Светланы во французской клинике, а затем организовал спецборт МЧС для перевозки семьи с новорожденным ребенком из Парижа в Москву.
Неизвестно, принимал ли Сечин хотя бы косвенное, участие в возвращении Митьковых в Россию. Удивляет только, что родственникам всесильного топ-менеджера (пусть и не прямым) пришлось обращаться к услугам благотворительного фонда для оплаты пребывания молодой женщины в заграничной клинике. Неужели Игорь Иванович не мог оказать помощи? Впрочем, он человек занятой, а к тому же, как мы уже знаем, «скромный» и лишних упоминаний своего имени в СМИ не любит...
